Чем отличаются псевдогаллюцинации от истинных галлюцинаций

Псевдогаооюцинации

Расстройства восприятия в виде ощущений и образов, непроизвольно возникающих без реального объекта, — но отличаются от истинных галлюцинаций отсутствием у больного чувства объективной реальности этих ощущений и образов. Впервые псевдогаллюцинации под названием «психические галлюцинации» были выделены из обширной группы истинных или, как он называл их сам — «полных галлюцинаций».

Психические галлюцинации в последующем были изучены В. Х. Кандинским (1885, 1890, 1952), использовавшим для их определения предложенный I. Hagen’oM (1868) термин «псевдогаллюцинации». Всесторонность, с какой В. Х. Кандинский подошел к исследованию и описанию данного расстройства, полнота приведенных им клинических фактов, в частности, дифференцировка псевдогаллюцинаций от других психопатологических феноменов, явились причиной того, что вскоре псевдогаллюцинации в его понимании получили безоговорочное признание психиатров различных стран мира. Сам же термин «псевдогаллюцинации» с конца XIX в. получил эпонимическое название «псевдогаллюцинации Кандинского». Не будет преувеличением сказать, что и определение псевдогаллюцинаций, данное самим В. Х. Кандинским, является до настоящего времени наиболее всеобъемлющим. Вот что писал он сам по этому поводу: «Псевдогаллюцинации в тесном смысле слова или просто псевдогаллюцинации… являются весьма живые и чувственные до крайности определенные образы (т.е. конкретные чувственные представления), которые, однако, резко отличаются для самого воспринимающего сознания от истинно-галлюцинаторных образов тем, что не имеют присущего последним характера объективной действительности, но, напротив, прямо сознаются как нечто аномальное, новое, нечто весьма отличное от обыкновенных образов воспоминания и фантазии».

Таким образом, псевдогаллюцинации четко разграничиваются больными не только от истинных галлюцинаций, но и от реально существующих предметов и явлений. Больные, страдающие псевдогаллюцинациями, всегда отличают их от истинных галлюцинаций, но, однако, считают псевдогаллюцинации существующими в действительности образами восприятия и относятся к их появлению без критического отношения. Обычно появление псевдогаллюцинаций сопровождается ощущением их сделанности с помощью воздействия извне: «Голоса передают, заставляют вспоминать прошлое, вызывают образы представлений, делают сновидения» и т.д. Если истинные галлюцинации всегда проецируются вовне, то псевдогаллюцинации возникают по преимуществу в сфере представлений. Не случайно для характеристики псевдогаллюцинаций страдающие ими больные постоянно используют такие выражения, как «мысленные разговоры, передача мыслей на расстояние, звучание мыслей, мысленные видения» и т.д. Разделение псевдогаллюцинаций так же, как и истинных галлюцинаций, производится по органам чувств. Самыми частыми являются слуховые и в меньшей степени — зрительные псевдогаллюцинации. Слуховые псевдогаллюцинации почти всегда являются словесными (вербальными). Они могут быть беззвучными, тихими, громкими, принадлежать конкретным людям или незнакомым лицам, проявляться отдельными словами, фразами или же представлять собой повествования, в которых одно событие связывается с другим по смыслу. Их содержание во многом, если не полностью соответствует тому, что встречается и при истинных слуховых вербальных галлюцинациях.

Зрительные псевдогаллюцинации могут быть бесцветными, одноцветными, многоцветными, необычных цветов. Они могут быть лишены четкой формы или же, напротив, обладают ею. Зрительные псевдогаллюцинации могут представлять единичное видение, например, лишь часть объекта; они способны возникать в форме множественных образов и целых сцен, сменяющих одна другую в определенной последовательности. Содержание зрительных псевдогаллюцинаций бывает самым разнообразным. Чаще зрительные псевдогаллюцинации возникают при непомраченном сознании. Если же они сочетаются с помрачением сознания, то это обычно, если не как правило, онейроид.

В зависимости от интра-или экстрапроекции, а также от существования феномена сделанности, слуховые и зрительные псевдогаллюцинации можно разделить на три группы:

1) псевдогаллюцинации, локализующиеся внутри головы (интрапроекция) и сопровождаемые чувством сделанности (насильственности);

2) псевдогаллюцинации, локализующиеся внутри головы, но не сопровождаемые чувством сделанности;

3) псевдогаллюцинации, локализующиеся в пространстве, т.е. обладающие экстрапроекцией и сопровождаемые чувством сделанности.

Первая и третья группы являются наиболее частыми. Особой разновидностью зрительных и слуховых псевдогаллюцинация являются гипнагогические галлюцинации. Они возникают при засыпании, в состоянии промежуточном между сном и бодрствованием. Гипнагогические галлюцинации могут быть единичными и простыми по содержанию, но нередко (особенно зрительные) принимают сценоподобный характер с последовательной сменой различных картин — как если бы больному показывали киноленту. Как правило, больные не отождествляют возникающие у них видения и голоса с реальными явлениями.

Это и дает право относить их (еще со времени исследования В. Х. Кандинского) к псевдогаллюцинаторным расстройствам.
Псевдогаллюцинации осязательные (тактильные), висцеральные, обонятельные и вкусовые сопровождаются чувством, что их вызывают насильственным путем — их «делают». Разновидностью тактильных псевдогаллюцинаций являются сенестетические псевдогаллюцинации. Они проявляются в форме трудно описываемых тягостных ощущений в различных областях тела, возникающих, по мнению больного, в результате физического воздействия извне. Псевдогаллюцинации кинестетические (моторные, проприоцептивные) сопровождаются чувством насильственно производимых действий или насильственной речи — мысленной и произносимой вслух — речедвигательные галлюцинации, а правильнее — речедвигательные псевдогаллюцинации. При них в наиболее легких случаях больной принужден помимо воли производить языком артикуляционные движения; при выраженных речедвигательных псевдогаллюцинациях возникает насильственное говорение вслух.

Для наглядной иллюстрации различных видов псевдогаллюцинаций, в частности, отличия некоторых из них от истинных галлюцинаций ниже приводится выдержка из истории болезни больного, наблюдавшегося В. Х. Кандинским. «Д. Перевалов, 37 лет… стал жертвой «упражнений токистов». «Токисты» суть не что иное, как корпус тайных агентов, уподобляемый нашему пресловутому 3-му отделению собственной е.и.в. канцелярии для выведывания намерений и мыслей лиц, опасных правительству, и для тайного наказания этих лиц… Перевалов постоянно находится под влиянием тридцати токистов, стоящих на разных ступенях служебной иерархии и разделяющихся на несколько поочередно работающих смен. Подвергши еще в 1876 г. голову Перевалова действию гальванического тока, они привели Перевалова в «токистическую связь» (нечто вроде магнетического rapporta) с собой, и в такой же связи они состоят и между собой во время работы над ним. В силу такой связи все мысли и чувства Перевалова передаются из его головы в головы токистов; эти же последние, действуя по определенной системе, могут по своему произволу вызывать в голове Перевалова те или другие мысли, чувства, чувственные представления, а также разного рода ощущения в сфере осязания и общего чувства. Кроме того, эти невидимые преследователи, будучи скрыты поблизости от Перевалова, досаждают последнему, между прочим и «прямым говорением», причем произносимые ими (более или менее громко) слова и фразы прямо, т.е. обыкновенным путем, через воздух, переносятся к Перевалову и воспринимаются им через посредство внешнего органа слуха. В частности, способы действия токистов на Перевалова весьма разнообразны: сам больной различает восемь таких способов:
а) «прямое говоренье» ругательных фраз, насмешливых замечаний, нецензурностей и пр. (галлюцинации слуха);
б) «искусственное вызывание разного рода ощущений» в его коже, както: ощущение зуда, царапанья, щекотания, жжения, уколов и пр. (галлюцинации осязания). Больной полагает, что как при этом, так и при всех последующих способах токист, состоящий в данную минуту в таинственной связи с ним, должен в самом себе вызвать посредством тех или других приемов известное ощущение (respective — представление, чувствование и т.д.) с тем, чтобы передать последние ему, Перевалову; для этого токист царапает себя булавкой, жжет себе руки и лицо горящей спичкой или огнем папиросы и т.п.;) «искусственное вызывание» у него токистами разного рода чувствований равно как и общих ощущений, как-то: чувства недомогания, неохоты работать, сладострастия, злобы, «беспричинных испугов» и пр.;
г) «искусственное вызывание» у него неприятных вкусовых и обонятельных ощущений. Например, взяв в свой рот вещество противного вкуса, действующий в данную минуту токист заставляет Перевалова испытывать ощущение этого вкуса; нюхая из склянки, наполненной загнившей мочой или поднося к своему носу захваченный на палец кал, токисты заставляют Перевалова страдать от зловония и пр. (галлюцинации вкуса и обоняния);
д) токисты, как говорит Перевалов, фабрикуют для него мысли, т.е. они искусственно (приемами, понятными из вышесказанного) вводят в его голову различного рода представления, по преимуществу навязчивого, мучительного свойства (насильственное мышление);
е) токисты заставляют самого Перевалова «мысленно говорить», даже в то время, когда он употребляет все усилия, чтобы удержаться от такого «внутреннего говорения»; при этом токисты усиленно иннервируют свой язык, произнося мысленно определенного содержания фразу (всего чаще тенденциозную) и «переводят» эту двигательную иннервацию на Перевалова; тогда последний не только сознает, что ему искусственно «навязана» мысль в резко определенной словесной форме, но и должен пускать в ход сознательные усилия, чтобы подавить в себе насильственную двигательную иннервацию органа речи и не сказать вслух того, что его «заставляют выговорить токисты»; ж) далее токисты, как выражается больной, насильственно приводят у него в действие воображение, причем заставляют его видеть не внешним органом зрения, а «умственно», различного рода образы, почти всегда весьма’ живые и ярко окрашенные. Эти образы одинаково видны как при закрытых, так и при открытых глазах. Сам больной отлично знает, что это ни что иное, как яркие продукты непроизвольной деятельности его воображения; но так как эти образы (их-то я и называю собственно псевдогаллюцинациями зрения) большей частью отвратительны и мучительны для Перевалова, так как они появляются и держатся перед его душевными очами не только независимо от его воли, но даже наперекор ей, так что при всех своих усилиях он не в состоянии от них отделаться, то больной убежден, что это явление искусственное. Он объясняет себе дело так: для пущего его мучения токисты нарочно раздражают искусственными средствами свое воображение и вызывают в себе определенные, весьма яркие зрительные образы с тем, чтобы перевести их на него. Наконец, кроме «прямого говорения», токисты устраивают Перевалову «говорение посредством тока»; при этом больной должен внутренне (а не ушами, как при «прямом говорении») слышать то, что хотят его заставить слышать токисты, хотя бы в данную минуту о соответственных вещах ему совсем нежелательно было думать; весьма часто при этом Перевалов слышит внутренне повторение слов, раньше действительно слышанных им от врачей, или слов, когда-то давно произнесенных в его присутствии кем-либо. из лиц, его окружавших (это внутреннее слышание есть собственно псевдогаллюцинирование слухом). Врачи, больничная прислуга, окружающие больные не причисляются Переваловым к преследователям; но власть врачей недостаточна для того, чтобы помешать токистическим упражнениям. Последние в настоящее время-ведутся постоянно, не прерываясь даже и по ночам: Ночью, если Перевалов спит неполным сном, то токисты продолжают действовать всеми выше перечисленными приемами, употребляемыми ими днем, между прочим, даже «прямым говорением», ибо в стоянии неполного сна Перевалов, по его объяснениям, может слышать ушами все раздающиеся около него звуки, а потому слышит и фразы, прямо произнесенные токистами. Если же Перевалов заснет очень крепко, то токисты действуют всеми прежними способами, за исключением «прямого говорения», в особенности же любят ему «делать сладострастные сны», «устраивать поллюции» и т.п. Различные приемы токистического оперирования идут вперемежку один с другим». В приведенном отрывке из истории болезни даны примеры всех существующих псевдогаллюцинаций, а также описаны многие расстройства, входящие в структуру синдрома психического автоматизма. Следует подчеркнуть впечатляющую наглядность клинического описания В. Х. Кандинского. Оно как бы само врезается в сознание и память врача.

Читайте также:  Псило-бальзам гель - как использовать для ребенка или взрослого, противопоказания, аналоги и отзывы

Психосенсорные расстройства

Все нижеследующие названия запоминать нет необходимости — важно лишь получить некое представление о возможных расстройствах. Психосенсорные расстройства делятся на сенесто-патии, дереализации, бредовые восприятия, расстройства восприятия пространства и времени, симптомы уже виденного, никогда не виденного, уже слышанного, никогда не слышанного, метаморфопсии.

Галлюцинация — это восприятие отсутствующего объекта. Больной видит то, чего нет, даже может осязать, чувствовать исходящий от отсутствующего объекта запах. Больной не в силах отличить такой объект от реальных вещей.

Галлюцинации делятся на истинные и ложные (псевдогаллюцинации). Главное их отличие в том, что истинные галлюцинации у больных не вызывают никаких сомнений, они уверены в их реальности и в том, что те находятся вне пациента. Истинная галлюцинация направлена не на психическое «Я» больного, а на физическое. В отличие от истинных, ложные галлюцинации не кажутся пациентам реальными, они представляются им искусственными, вызванными или сделанными кем-то и воспринимаются «третьим глазом», внутри пациента, внутри головы.

Самое главное отличие: истинные галлюцинации всегда находятся в пространстве вокруг пациента, а так называемые псевдогаллюцинации — в собственной голове. Часто о псевдогаллюцинациях пациенты говорят, что те навязаны им кем-то извне. При истинных галлюцинациях больные уверены в их реальности. Для больных шизофренией характерны императивные голоса незнакомых людей и псевдогаллюцинации — они отличаются от истинных тем, что им присуще чувство чуждости, «сделанности». Больные не считают их своими. И при шизофрении, и при энергосущностях чаще наблюдаются псевдогаллюцинации, направленные на психическое «Я» больного. По характеру и содержанию они могут отличаться. Больной не отождествляет их с реальными предметами, так как они лишены свойства объективной действительности и видятся как бы «третьим глазом», или, как написано у Шекспира, «глазом моего ума».

В своей знаменитой монографии «О псевдогаллюцинациях» отечественный психиатр Виктор Хрисанфович Кандинский (1849-1889) пишет, что псевдогаллюцинации отмечаются не только у душевнобольных, но иногда, при известных условиях, и у людей психически здоровых. Он же отмечает, что очень часто постороннее лицо — и даже психиатр, если расспрашивает больного поверхностно, — может не отличить истинных галлюцинаций. Однако сам пациент, даже слабоумный, никогда не смешивает эти два разных вида восприятий. Пациент относится к псевдогаллюцинациям совсем иначе, не так, как к истинным, поскольку они всегда сопровождаются ощущением сделанности, наведенности. Если истинная галлюцинация воспринимается как нечто объективно существующее, то псевдогаллюцинации принимаются либо за особое откровение, ниспосланное Богом, либо за искусственно сделанное колдовским, магическим способом изменение сознания пациента, либо за козни со стороны невидимых преследователей. В.Х. Кандинский обращает внимание на то, что исследователь расстройств восприятия может столкнуться с различного рода неточностями, ошибками, умышленными и неумышленными. Ученый подчеркивает, что склонность к преувеличению собственных переживаний, ощущений и представлений не так уж редко отмечается и у многих практически здоровых и весьма порядочных людей.

Достаточно вспомнить преувеличенные рассказы охотников. В.Х. Кандинский считает, что нередко люди значительно преувеличивают в рассказах ими пережитое отчасти из-за стремления показать некие свои качественные способности, какими другие люди не обладают. От такой слабости не свободны даже порядочные люди. Также необходимо иметь в виду, что нередко очевидцы драматических событий, при пересказывании, опасаясь, что не смогут передать весь истинный драматизм, преувеличивают, стараясь сделать эти события еще более потрясающими. Нередко истинные галлюцинации и псевдогаллюцинации переплетаются самым причудливым и неожиданным образом. Сам В.Х. Кандинский инструктировал своих пациентов, которые помогали ему разобраться со сложными расстройствами восприятия. Его пациенты вели дневники, сами обладали достаточно глубокими знаниями относительно различий между истинными и псевдогаллюцинациями. Детально и подробно описывали все свои ощущения. Один из пациентов под измененной фамилией Ложков во время приступов заболевания испытывал и истинные галлюцинации, и псевдогаллюцинации. Однажды между голосами своих преследователей он услышал довольно громкий голос, который по слогам произнес: «Перемени подданство!» Он понял, что единственный способ спастись от преследователей — это перестать быть подданным русского царя. На минуту задумался, какое избрать ему подданство, и в тот момент он псевдогаллюцинаторно увидел в натуральную величину льва, который, на секунду явившись перед ним, быстро забросил свои лапы ему на плечи. Прикосновение лап льва пациент почувствовал в форме болезненного местного давления (галлюцинация кожного чувства).

Галлюцинации называются комплексными, когда встречаются одновременно несколько обманов восприятия в нескольких анализаторах, то есть человек и видит предмет, которого на самом деле нет, и слышит его, и может ощупать и почувствовать исходящий от него запах.

Рефлекторными называются те галлюцинации (синестезия), которые появляются в одном анализаторе тогда, когда реальный раздражитель действует на другой анализатор.

Функциональными называются те галлюцинации, которые возникают, когда на анализатор действует реальный раздражитель. Галлюцинации бывают также внушенными.

Обонятельные галлюцинации наиболее характерны для больных шизофренией. Эти больные чаще всего ощущают неприятные запахи трупов, мертвечины, разложения.

Было много психиатров, пытавшихся определить, какие симптомы патогномоничны для шизофрении, а какие нет. Первым классификатором явился немецкий психиатр Эмиль Крепелин (Е. Kraepelin, 1856-1926), который разделил заболевания на психозы и неврозы, а вот что касается симптомов, то специалисты до сих пор еще пользуются предложенной схемой симптомов первого и второго ранга немецкого психиатра Курта Шнейдера (К. Schneider, 1887-1967). По Шнейдеру, обонятельные галлюцинации являются симптомами первого ранга при шизофрении, то есть их наличие у пациента является признаком шизофрении. Императивные голоса тоже всегда свидетельствуют о шизофрении.

Обонятельные — как и другие — галлюцинации могут появляться в ауре больных эпилепсией. Аурой в психиатрии называется предчувствие больного эпилепсией надвигающегося приступа.

Сколько существует органов чувств, — столько есть и галлюцинаций. Различаются гипнагогические галлюцинации (появляющиеся в период засыпания) и гипнопомпические (появляющиеся в период неполного пробуждения), а также функциональные, возникающие при реальном воздействии на тот или иной анализатор.

Несколько слов о голосах как объектах галлюцинации. Целители чаще всего встречаются с пациентами, страдающими расстройствами слухового восприятия (слышащими «голоса»). Сами больные об этом почти никогда не говорят, более того, выявить наличие «голосов» даже психиатрам нелегко. Слуховые галлюцинации наблюдаются у больных хроническим алкоголизмом, и не только во время алкогольного делирия (белой горячки); при некоторых интоксикациях они могут быть и у больных МДП. Но чаще всего сталкиваются с голосами пациенты с энергосущностями. К сожалению, далеко не все пациенты с энергосущностями попадают в поле зрения психиатров, несмотря на наличие у них психических расстройств. Как и другие пациенты, они отрицают наличие голосов, но целитель должен знать, что во всех случаях одержания (наличия энергосущностей) у пациентов в обязательном порядке наблюдаются психосенсорные расстройства и слуховые галлюцинации (голоса). Рекомендуется внимательно отнестись к таким пациентам, доверительно сообщить им, что вам известно, что какие-то сущности пытаются войти с ними в контакт, воздействуют на них, внедряются, влияют на их мысли, настроения и т.д., и попросить помочь вам понять, что это за сущности — с других ли миров, планет, духи ли это умерших или, может, кто-то из знакомых воздействует телепатией, гипнозом.

Читайте также:  Мышечные судороги - лечение, симптомы, причины, диагностика Центр Дикуля

Родственникам нелегко заподозрить у своих близких такое расстройство восприятия, потому что далеко не все пациенты разговаривают со своими голосами вслух, большинство из них делает это мысленно, однако в целом измененное поведение и состояние пациента рано или поздно все равно становятся заметными, и тогда кто-то из родственников приводит его к нам. Конечно, на практике никто из пациентов не говорит о том, что он слышит голоса, но косвенно об этом можно догадаться по поведению пациента, когда во время беседы замечаем, что он как будто к кому-то прислушивается и не обращает на нас внимания, пока не дослушает. Дома и в больницах люди со слуховыми обманами от таких угрожающих, неприятных голосов пытаются защититься, накрываясь с головой, затыкая уши ватой, пальцами. Большинство голосов пугающего характера говорят пациентам, что если они кому-нибудь расскажут о том, что они общаются с богами, инопланетными жителями, то может произойти какое-нибудь несчастье. Иногда голоса напрямую угрожают: если ты расскажешь, то я тебе устрою пожар, или ты не сдашь экзамен. Особенно легко они запугивают детей, и часто, при самых доброжелательных и мягких расспросах, дети могут иногда расплакаться, на глазах могут появиться слезы, но они никак не признаются, что есть голоса, что они с кем-то общаются. Чаще всего голоса «говорят», что если ты расскажешь о нас, то умрет твоя мама или тот человек, к которому ребенок больше всего привязан. Из страха потерять этих людей дети молчат, но такое же поведение обнаруживается у подростков и у взрослых. Для того чтобы завоевать их доверие, голоса нередко дают так называемые полезные советы, — что сделать, чтобы то или иное мероприятие состоялось, даже подсказывают им на уроках или дают различного рода предсказания, которые сбываются. И таким образом со временем пациенты попадают в повиновение к ним, потому что голоса приводят им множество доказательств: «Ну вот, все, что я говорил, сбылось, попробуй теперь рассказать обо мне и увидишь — кто-то из твоих близких умрет».

В таком случае целителям рекомендуется примерно такой подход: любой целитель может сказать, что ему известны попытки налаживания связи с этим человеком, только он не может точно понять, кто действует: то ли инопланетяне, то ли ангелы, то ли бесы, но целителю известно точно, что они ему велели о них не говорить, запугав, что иначе кто-то из членов семьи умрет, но вот это неправда, потому что целителю все равно известно, он знает, что они есть, и теперь уже нет смысла это скрывать, о них можно говорить. Это один из вариантов, как разговорить пациента.

Голоса, пусть самого приятного содержания, не могут не беспокоить больных, поскольку они появляются не по желанию больного, а когда угодно. И даже самые хорошие, со слов больных, голоса надоедают, раздражают, пугают, расстраивают пациента, однако отношение к голосам у самих пациентов двойственное. В целом все поведение больных шизофренией и с энергосущностями характеризуется двойственностью, или амбивалентностью, противоречивыми желаниями, мыслями, чувствами.

Голоса бывают также угрожающего характера или, наоборот, успокаивающего. Некоторые больные говорят, что, хотя им несколько страшновато общаться с этими голосами, они порой оказываются полезными, так как обучают их хорошим делам — убираться в доме, следить за собой, посещать школу, институт, ходить в церковь, молиться. Некоторые голоса могут быть повествовательными — рассказывать какие-то реальные или вымышленные истории, хотя при их исследовании выясняется, что это всегда какие-то переживания самого человека.

Голоса способны быть антагонистическими или, наоборот, доброжелательными, а то и индифферентными. Больные могут слышать как диалоги, споры, так и монологи. Особую опасность представляют императивные (приказывающие) голоса. Поскольку пациент практически не может не выполнять их приказания, это становится одним из вариантов 100%-го зомбирования.

Как правило, вначале появляются комментирующие голоса. Как видно из названия, они комментируют все, что делает больной. Появление комментирующих голосов является очень тревожным знаком, прогностически неблагоприятным, поскольку вскоре эти голоса трансформируются в императивные, а таких пациентов крайне опасно брать на лечение — им показан круглосуточный надзор. В любой момент под влиянием голосов эти пациенты могут совершить что-то непоправимое с собой или с окружающими.

Познакомлю вас также с некоторыми дополнительными терминами.

Деперсонализация — нарушение схемы тела — часто встречается при депрессиях. Деперсонализация — это отчуждение от самого себя; она ведет за собой нарушения психических характеристик личности. Невротическая (аутометаморфопсия) деперсонализация связана с тотальным или парциальным расстройством схемы тела. Деперсонализация может быть также аутопсихическая, соматопсихическая, ал-лопсихическая. Бредовая — аутопсихическая — деперсонализация предполагает отчуждение собственных мыслей, чувств, эмоций, психических функций, изменение собственного «Я», чувство мертвости, обезличенности, дегуманизации. Соматопсихическая — влечет за собой чувство отчуждения организма в целом и всех его отправлений. Аллопсихичес-кая — вызывает чувство изменения восприятия окружающего мира, потери эмоционального контакта с ним.

Дереализация — неприятное, часто мучительное переживание, при котором все, что окружает больного, кажется нереальным, отдаленным, призрачным, чуждым. Больные утрачивают чувство восприятия людей, предметов, которые кажутся им лишенными чувственного компонента, отвлеченными, абстрактными. При остром развитии дереализации больные испытывают страх, растерянность, беспокойство, начинают метаться, не понимая, где они находятся, что с ними произошло и куда они попали. Часто нарушается восприятие времени, оно кажется или очень медленно текучим, или чрезвычайно стремительным. Варианты: микропсия (расстройство восприятия в виде уменьшения размеров предметов), макропсия (расстройство восприятия в виде увеличения размеров предметов).

Дисмегалопсия — расстройство восприятия, когда искажена величина всех окружающих предметов.

Дисморфопсия — расстройство восприятия в виде искажения размеров, формы, отдельных деталей окружающих предметов.

Иллюзия — это искаженное восприятие реально существующего объекта.

Иллюзии различают аффективные и интерпретативные.

Аффективные иллюзии — среди городского шума люди слышат плач, крики заключенных или пытаемых знакомых, родных. Как правило, вскоре у таких больных развивается бред.

Интерпретативные иллюзии — у больных с острым чувственным бредом возникают иллюзии существования двойника, интерметаморфозы. Восприятие искажается бредовыми представлениями — пациент, глядя в зеркало, видит волчью морду. Порой это сопровождается старческим психозом — возникают трупные пятна. Парейдолические иллюзии фантастического содержания происходят перед помрачением и во время напряженного сознания. Ребенок с температурой «видит», как начинают двигаться пятна на обоях.

Олицетворенное осознавание — чувство присутствия кого-то в помещении, где больной находится один, при этом он не видит никого, а только чувствует, переживает присутствие, зная, что это ему кажется.

Порропсия — расстройство восприятия расстояния. Сами предметы остаются обычного размера, но кажутся расположенными дальше или ближе, чем на самом деле.

Сенестопатии — это очень сложные, тягостные, мучительные телесные ощущения, порой трудно описуемые, которые могут быть как на поверхности тела, так и внутри без конкретной локализации и привязанности к органам и частям тела.

NOTA BENE — ЗАМЕТЬ ХОРОШО! Несмотря на то, что психотропные лекарства малоэффективны и большинство из них очень токсичны, они, тем не менее, обладают положительным аспектом: заглушают остроту психосимптоматики, в результате чего значительно снижается риск нанесения больными каких-либо травм себе или другим.

Подчеркиваем: космоэнергет ни в коем случае не должен рекомендовать снижение доз или отмену препаратов, которые принимают его пациенты, а тем более психически больные!

Психиатрия для самоваров и чайников

Всякий придурок, уверявший, что Господь Бог говорил с ним, на самом деле слышал мой голос… или свое воображение.

Расстройства представления – это, собственно, и есть галлюцинации.

Галлюцинации – это представления, достигшие чувственной силы и яркости реальных предметов и явлений, это «восприятие без объекта». То есть – целиком и полностью творение пациента. Не прорыв в иную реальность, вроде форточки в альтернативную Европу, не козни ангелов и демонов (посменно, согласно утвержденному графику), не локальное овеществление астрального плана (демонстрашка, бета-версия, копирайт отсутствует). Конечно, нельзя исключить, что в этот момент обитатели иных реальностей и планов вкупе с ангело-демонической общественностью негодуют или же, напротив, мерзко хихикают – мол, погодите, посмотрим, что вы скажете через век-другой… Но сложившийся на настоящее время взгляд официальной науки на природу галлюцинаций я изложил.

Читайте также:  Стерины - особенности, свойства, норма потребления

По анализаторам галлюцинации делят на слуховые, зрительные, обонятельные, тактильные, вкусовые, висцеральные (от лат. viscera – внутренности), кинестетические.

По сложности – простейшие, простые и сложные.

Простейшие, или элементарные, галлюцинации располагаются чуть особняком. Их объединяет незавершенность того, что человеку чудится. Зрительные – фотопсии (от греч. phōs, phōtos – свет и opsis – зрение) – в виде кругов, пятен, искр, шаров и т. п.; слуховые – акоазмы (шаги, шорохи, скрипы) и фонемы (от греч. phonema – звук) (нечленораздельные звуки, оклики, слоги, местоимения). То есть отдельные фрагменты, детали, которые не складываются в какой-то определенный образ.

Простые – когда галлюцинации рождаются в одном анализаторе [15] : только слуховые, только зрительные – и ни шагу в сторону.

Сложные – несколько анализаторов, связанных общей фабулой (видит во дворе убийц, слышит их голоса или слышит за стенкой, что соседи замышляют отравить его, при этом чувствует запах ядовитого газа).

Также можно отдельно выделить односторонние, или унилатеральные, галлюцинации (зрительные и слуховые), когда человек видит или слышит их только с одной стороны. Они бывают, когда кора головного мозга поражена в виде очага с какой-либо из сторон.

Галлюцинации с завершенной предметностью (в отличие от простейших):

Вербальные (словесные) – по принадлежности: знакомые, незнакомые, мужские, женские, детские, принадлежащие иным существам; по громкости: тихие, громкие, оглушающие, натуральные, шепотные; по содержанию: угрожающие, обвиняющие (не путать с голосом совести), хулительные (как правило, с преобладанием ненормативной лексики), комментирующие (гляди – встал; вот он пошел; опаньки – упал; ишь ты – снова встал; ну ты посмотри – сейчас на нас ругается…), контрастные (одни голоса хвалят и обещают медаль, другие матерят и грозят пристрелить как бешеную собаку), стереотипные (изо дня в день одно и то же), императивные (те, что приказывают, – показание к немедленной госпитализации, хочет того пациент или нет); по форме: монологи, диалоги, беседы на родном и иностранном языках; по продолжительности: эпизодические, постоянные, наплывающие; по направленности – с любых направлений и дистанций.

Интересны слуховые галлюцинации Аленштиля – когда человек напряженно ждет стука в дверь или телефонного звонка и затем начинает их слышать. Встречается у здоровых людей и рассматривается как вариант «акустической памяти».

Зрительные – разных цветов или без оных, подвижные и неподвижные, сценические (они же сценоподобные, где все, что видит больной, увязано в одну тему, сцену с четким сюжетом), ландшафтные, портретные, калейдоскопические, демономанические (персонажи все сплошь фольклорно-мифологической направленности); по содержанию: угрожающие (а чего это она в балахоне и с косой тут стоит?), индифферентные (ну стоит и стоит – может, трамвая ждет…), обвиняющие (сцены суда, в том числе Страшного); аутоскопические (появление галлюцинации – вашего двойника), отрицательные аутоскопические (исчезновение отражения в зеркале, может вызвать соответствующую трактовку); по величине: нормальные, лилипутские, гигантские и прочие, прочие, прочие…

Отдельно можно выделить педункулярные галлюцинации Лермитта, возникающие при поражении ствола мозга (а если быть точным, то в области ножек и III желудочка): в вечерние часы видятся двигающиеся некрупные картинки, быстро сменяющие друг друга (насекомые, животные и пр.), при этом больные не боятся того, что видят, и четко осознают, что это галлюцинации; галлюцинации Ван-Богарта, характерные для лейкоэнцефалита [16] : видятся окрашенные в разные цвета животные, рыбки, бабочки, все это ярко расцвечено эмоциями и перемежается приступами сонливости; галлюцинации Берце: на стене видятся светящиеся письмена, написанные чьей-то невидимой рукой; галлюцинации Пика (при поражении дна IV желудочка): больные заявляют, будто видят сквозь стену: «Вон один сквозь нее прошел, вон он за стеной ходит, вон кошка тоже сквозь стену шмыгнула – гнездо у них там, что ли?» Тактильные: на коже и под кожей; дерматозоидные: восприятия предметов, насекомых, животных, паутины, веревок; температурные: жар, холод; гаптические: ощущение схватывания, прикосновения, ударов и толчков извне; гигрические: ощущение влаги.

Обонятельные – часто восприятие неприятных, резких, смрадных запахов гниения, разложения, нередко будто бы исходящих от самого больного (при этом существуют две странности: во-первых, я почти не встречал описания приятных обонятельных галлюцинаций – в виде запахов, к примеру, «Chanel № 5», а также, судя по личным наблюдениям, у массы людей имеются отрицательные обонятельные галлюцинации на реально исходящий от них запах; во всяком случае, с благами цивилизации в виде душа и дезодоранта они не спешат знакомиться). Висцеральные – эндоскопические – видение своих внутренних органов (мечта или кошмар врача-эндоскописта); галлюцинации трансформации – измененность внутренних органов, их перемещение, удлинение, укорочение (также мечта или кошмар, в зависимости от локализации и характера); генитальные (ощущение, будто с половыми органами творят нечто бесстыдное и непотребное).

Кинестетические – восприятие либо отсутствия конечностей, либо наличия дополнительных (для томика Конфуция и сотового телефона при езде на машине), насильственных движений, в том числе речедвигательных (ощущение движения языка, произнесения слов).

У галлюцинаций часто имеются объективные признаки, когда возникновение галлюцинации можно определить по поведению пациента: при зрительных больной присматривается, следит за галлюцинаторным образом; при слуховых прислушивается, затыкает уши либо переговаривается (следует убедиться, что человек не использует в этот момент гарнитуру для сотового телефона или mp3-плеера); при тактильных что-то с себя стряхивает.

Как-то раз, гуляя с женой по городу, мы наблюдали такую картину: навстречу нам, активно жестикулируя и увлеченно разговаривая с невидимым собеседником, шла дама. Поравнявшись с нами, она кивнула, указывая этому собеседнику на нас:

– А это знаешь кто? Доктора, психиатры, так что веди себя прилично! – и продолжила свой моцион.

По условиям, при которых они возникают, галлюцинации делятся на:

Функциональные – чаще слуховые, которые возникают при реальном звуковом раздражителе (в шуме воды – шепот отравителей, в перестуке колес – заговор соседей по купе на тему «убьем-убьем» и т. п.).

Рефлекторные, или отраженные, – когда действие реального раздражителя на анализатор дает толчок к началу галлюцинаций (именно толчок, а не постоянный фон, как при функциональных). Могут возникать при действии на соанализатор: слуховые галлюцинации при раздражении зрительного, зрительные галлюцинации при акустическом раздражителе и т. п.

Гипнагогические (от греч. hypnos – сон, agogos – вызывающий) – при засыпании (встречаются в норме).

Гипнопомпические (от греч. hypnos – сон, pompos – сопутствующий) – при пробуждении, а также в промежутке между сном и бодрствованием (также могут встречаться у здорового человека).

Типа Шарля Боне – при повреждении периферического отдела анализатора, например, «видения» при выраженной катаракте.

Апперцептивные – вызываемые волевым усилием («Я сказал – белочки! В три шеренги! На подоконнике!»).

Психогенные: доминантные – при аффективно насыщенных переживаниях, например, «голос» умершего супруга; воображения Дюпре – при мечтаниях и фантазиях, особенно легко возникают у детей и у лиц с болезненно обостренным воображением; индуцированные – внушенные галлюцинирующим больным (то есть от одного больного другому больному); внушенные (не путать с индуцированными) – навязанные врачом при исследовании, например, у больного алкогольным делирием – симптом Липмана, когда внушаются зрительные образы («Ой, смотри, какой гоблин!»); симптом Ашаффенбурга – когда больной в белой горячке разговаривает по предварительно отключенному телефону.

Характерно, что в детском возрасте чаще бывают зрительные галлюцинации, а если возникают слуховые, то они чаще простые или элементарные.

Псевдогаллюцинации – отличаются от истинных характером искусственности, сделанности, отсутствием свойства объективности: если «голоса» – то чаще звучащие внутри головы, если «видения» – то будто кино или мультфильм.

Хотя галлюцинации как изолированный симптом не могут позволить с точностью определить, что же за болезнь у пациента, тем не менее их наличие (кроме гипнагогических, гипнопомпических и слуховых Аленштиля – эти могут быть в норме) – это серьезно и не есть хорошо. Кроме того, можно сказать, к примеру, что слуховые псевдогаллюцинации более характерны для шизофрении (хотя могут встречаться и при многих прочих психотических расстройствах), а зрительные галлюцинации – для интоксикационного процесса или сосудистой катастрофы. Это задает направление дальнейшему диагностическому поиску.

Ссылка на основную публикацию
Чем отличаются бактерии, микробы и вирусы
Бактерии и вирусы: в чем разница и что опаснее? Вирусные инфекции и человек Бактерии. Что это, как выглядят? Бактерии и...
Чем опасен гайморит Здоровье Независимая газета
Симптомы и лечение синусита Порой с насморком можно спутать более серьезное заболевание – синусит, сопровождающийся воспалением пазух. Симптомы синусита у...
Чем опасен описторхоз и как его предотвратить
Глисты пожирают Сибирь и Урал. Почему в стране нет лекарства для лечения Всё, господа, мы приплыли! Отвар боярышника и кора...
Чем отличаются подгузники Merries (Мериес), GooN (Гун) и Moony (Муни) блог Моя БэТэшка
Как правильно подобрать подгузники и трусики MOONY, MERRIES, GOON, MAMYPOKO Только опираясь на своих опытах и наблюдения, хочу написать следующие...
Adblock detector